Архивы рубрики: Прогулки по Санкт-Петербургу
У Зимней канавки
Напротив – знаменитая Зимняя канавка. Ее берега фланкируют два дома. Д. 35 вошел в историю как дом А. А. Аракчеева, д. 31 тоже уже вошел в историю (может быть, излишне поспешно) как дом, где жил известный государственный деятель. На фасаде его уже имеется мемориальная доска, говорящая, что здесь с 1990 по 2000 год жил А. А. Собчак. Продолжить чтение
Мойка, 12
Говоря о литературе, мы, конечно, должны обратить внимание на противоположный берег – на д. 12. Но благодаря недолгому пребыванию там А. С. Пушкина история этого дома теперь известна досконально – нечего и пытаться соперничать с теми, кто разобрал ее чуть ли не по дням. Как ни странно, при этом остались моменты, не слишком освещенные исследователями. В начале ХХ века в этом доме (в кв. 23) жил председатель финского общества трезвости «Алку» Карл Густавович Суоминен. Как писал в книге «Финский Петербург» Я. Ниронен: «На рубеже ХIХ–ХХ веков в Петербурге было, по меньшей мере, 200 финнов-трезвенников, так как именно столько их числилось в обществе трезвости «Алку» («Начало»). Общество должно было вести среди финнов пропаганду трезвого образа жизни и воздержания от крепких напитков. Продолжить чтение
Мойка у Большого Конюшенного моста
Мы подошли к Большому Конюшенному мосту. Нам пора, наконец, обратить внимание на противоположный берег. Сразу за мостом, напротив здания Конюшенного ведомства, располагается д. 6. «Всеобщая адресная книга…» за 1867–1868 годы упоминает, что в кв. 47 этого дома жил Александр Николаевич Стюрлер («В должности шталмейстера двора наследника Александра Александровича, свиты его величества генерал-майор»). Любопытно, что упомянутый Александр Николаевич Стюрлер – сын полковника Николая Карловича Стюрлера, который командовал лейб-гвардии Гренадерским полком с 1820 по 14 декабря 1825 года. Он допустил упущение по службе – в день 14 декабря 1825 года не смог заставить солдат подчиниться ему (он требовал вернуться в казармы). Солдаты же слушались не его, а двух каких-то поручиков. Это его убил из пистолета на Сенатской площади Каховский. В том же доме (в кв. 5) в это же время жил Константин Карлович Грот. Соседний д. 8 тоже может похвалиться знаменитыми жильцами. Кстати, свой нынешний вид он получил после перестройки в 1842 году по проекту Е. И. Диммерта. Продолжить чтение
Опубликовано в Прогулки по Санкт-Петербургу
Метки дома Петербурга, мосты Петербурга
Комментарии отключены
Дома 13-17 по набережной Мойки
Японская война и ее последствия не могли не наложить на столицу империи своего отпечатка. В д. 13 вскоре после той войны разместился Алексеевский Главный комитет по призрению детей лиц, погибших в войну с Японией. Его председателем (свидетельствует «Весь Петербург» за 1914 год) был П. П. Семенов Тянь-Шанский, а среди членов комитета был А. С. Танеев. Во время мировой войны в здании располагалось Собрание экономистов. Целью его было «обсуждение вопросов, касающихся экономической жизни России». Тогда же там располагался Главный комитет высочайше утвержденного Евангелического библейского общества в России. Продолжить чтение
Конюшенное ведомство
А мы вернемся на набережную. По пути обратим внимание на д. 4, что рядом с д. 6. В 1860-х в нем жил Борис Карлович Данзас, брат того самого Константина Карловича – лицеиста первого выпуска, секунданта Пушкина на его последней дуэли. Когда в 1900 году в Париже проходила Всемирная выставка, на которой Россия была представлена достойно (стоит отметить, что обуховская сталь на той выставке была награждена большой золотой медалью), в д. 4 по Аптекарскому работал Генеральный комиссариат русского отдела выставки. Генеральным комиссаром был князь В. Н. Тенишев. Продолжить чтение
Мойка у Аптекарского переулка
Я предлагаю свернуть в Аптекарский переулок не ради этого. Совсем рядом с набережной, в д. 6 по Аптекарскому пер., жил в начале ХХ века Альфред Александрович Парланд. Его главное произведение – храм Воскресения Христова – мы видим неподалеку. В 2007 году было 100-летие его освящения. На церемонии освящения присутствовали корреспонденты всех заметных петербургских газет. Любопытно взглянуть на родословную архитектора. Этого вопроса касается Я. Ниронен в книге «Финский Петербург» (СПб., 2003). Вот что он писал об отце архитектора: «Александр I пригласил на должность камердинера англичанина Джона Парланда, все дети которого, кроме Александра, позже вернулись в Англию. Оставшийся в России Александр успешно занимался заграничной торговлей до самой Крымской войны, когда потерпел банкротство… В юности Александр Парланд учился в петербургской Академии художеств, и еще тогда его привлекали более свободные за-коны Финляндии. Позже он принял финское гражданство и значился жителем Порвоо, хотя жил в Петербурге». Раз уж мы свернули к этому дому, необходимо обратить внимание, что у него богатое прошлое. В 1860-х в нем жил австрийский посол. В начале ХХ века там располагалось два учреждения: Высочайше утвержденная комиссия о мерах предупреждения и борьбе с чумною заразою (председателем комиссии был принц А. П. Ольденбургский, среди членов – И. Л. Горемыкин, С. Ю. Витте, А. Н. Куропаткин) и Комитет городского попечительства о народной трезвости (его председателем был тот же А. П. Ольденбургский, среди почетных членов – митрополит Антоний и С. Ю. Витте, а среди членов – градоначальник Н. В. Клейгельс и городской голова П. И. Лелянов). Продолжить чтение
Четная сторона
Четная сторона с 1738 по 1798 год называлась Конюшенной набережной. Начну я со знаменитого дома Адамини. Он интересен уже тем, что в петербурговедческую литературу вошел, связанный не с фамилией своего первого владельца (как, например, дом Мурузи или дом Перцова), а с фамилией архитектора, который его построил. П. Я. Канн упоминал немало замечательных людей, которые жили в этом доме. Думаю, однако, что этот список следует дополнить. Продолжить чтение
К истории набережных Мойки
О набережных Мойки сказать что-либо нелегко. Тем не менее, я бы хотел, сказав на страницах этого журнала о Фонтанке и канале Грибоедова, теперь сказать и о Мойке. Пусть не сердится читатель, что повествование мое будет фрагментарным. Ведь мне опять приходится лишь дополнять авторов, которые уже основательно высказались. По ходу нашей прогулки вдоль Мойки мы встретим и реальных личностей, и литературных героев. Продолжить чтение